Шаяхметова: Политические изменения, митинги и забастовки повлияли на банковский сектор

Дата: 09:07, 23-10-2019.

Алматы. 23 октября. КазТАГ – Валентина Владимирская.  Главные события первого полугодия 2019 года – процесс консолидации и укрупнения банков, сокращение кредитования экономики, а также оказания банкам государственной поддержки. Об этом и о многом другом в своем интервью МИА КазТАГ рассказала председатель правления АО «Народный банк Казахстана» (Halyk Bank) Умут Шаяхметова.

 

- Умут Болатхановна, какие события вы отметите в прошлом и первой половине этого года?

 

- Год сам был очень активный, буквально в каждом месяце были значимые события, изменения. Определенное влияние на экономику и, в частности, на банковский сектор оказали произошедшие политические изменения.

Тенденция снижения кредитования юридических лиц, и в целом всего реального сектора экономики, при одновременном росте кредитования розницы также оказала влияние на банковский сектор.

Как следствие - продолжились изменения в регулировании. Так, к примеру, Нацбанк объявил об усилении контроля за розничным кредитованием БВУ с января 2020 года.

Еще одним большим событием стало продолжение консолидации и оздоровления банковского сектора. Важным событием для сектора стало и объединение «Халык Банка» с «Казкомом», после которого на рынке появился крупный игрок с долей 35%.

Произошли и другие изменения. Я бы отметила завершение сделки по оздоровлению «Цеснабанка», объединение его с АО «First Heartland Bank» и превращение в АО «First Heartland Jýsan Bank» («Жусан банк»). А также объединение трех небольших банков: АО «Tengri Bank», АО «AsiaCredit Bank» и АО «Capital Bank Kazakhstan».

Конечно же, в первом полугодии 2019 года политические изменения произошли. Они, конечно, тоже повлияли на банковский сектор. На акции «Халык Банк» и других компаний – «Казахтелеком», KAZ Minerals кратковременно упали цены, затем они восстановились. Конечно, все новые тенденции митингов, забастовок имели эффекты на банковский сектор. На митингах требовали прощений, после чего государство выделило госпомощь.

 

- Недавно прошла конференция S&P и аналитики говорили, что консолидация банков в Казахстане продолжится. Она во всем мире идет и в этом плане Казахстан – в русле общих тенденций. Вы поддерживаете это мнение?

 

- Да. Во-первых, происходящее стимулирует законодательные изменения, регулирование со стороны Национального банка. Это касается повышения требований к капиталу, контроля за активами, снижения маржи. Банковский сектор – капиталоемкий и сейчас он становится еще и низкомаржинальным. Усиливается конкуренция, что, в частности, приводит к снижению или отказу от банковских комиссий. Но, в конечном итоге, выигрывает потребитель. Главное для него - сделать правильный выбор в пользу надежного банка, заслуживающего доверия.

 

- Потребители этого вроде и не замечают. Я не вижу смены настроения, практически не вижу людей, если не считать специалистов, которые бы писали в соцсетях, что банки стали дешевле, что комиссии стали ниже или исчезли вообще.

 

- Я анализирую ситуацию в соцсетях. Достаточно много негативной информации на этой площадке. Хотя я считаю, что прежде всего, нужно начинать с себя. Это первый шаг к изменению окружающего мира.

А если говорить о банковских услугах, то, как я уже говорила, благодаря, в том числе, конкуренции, изменения идут и достаточно существенные.

Сейчас уже никого не удивишь нулевой комиссией при оплате через мобильный банкинг тех или иных услуг.

Другое дело - кредиты, которые априори не могут быть бесплатными, т.к. как банки, сами привлекают депозиты у населения, начисляют и выплачивают проценты депозиторам, обеспечивая сохранность и управление этими деньгами. Но и здесь существует тенденция по снижению процентных ставок.

Сейчас существует другая проблема - дорогие кредиты в микрокредитных или ломбардных организациях. Некоторые люди идут на риск и берут займы под высокие проценты, только потому, что им не хватает финансовой грамотности, необходимых знаний или простого нежелания заполнять документы.

Да, конечно, банки требуют документы, прозрачность доходов, указания источника доходов, но только лишь для того, чтобы убедиться в платежеспособности заемщика, возвратности кредита. Взамен предлагая заемщику, в отличие от МКО, посильные условия выплаты. Это абсолютно нормальные, стандартные процедуры, учитывающие интересы как депозиторов, так и заемщиков.

 

- Как вы оцениваете интерес инвесторов к Казахстану, в том числе, к банку? Недавно председатель правления биржи Международного финансового центра «Астана» (AIX) Тим Беннет говорил, что для инвесторов наша экономика - маленькая.

 

- Да, рынок у нас небольшой, с учетом того, что население чуть выше 18 млн. 

Для сравнения, Казахстан 15 лет назад имел несколько иные позиции. В стране был бум FDI (прямых иностранных инвестиций), бум роста Capital Markets (рынка капиталов) и сюда напрямую заходили инвесторы, начались крупные проекты, такие как Кашаган, Карачаганак, которые до сих пор работают. Были у нас выпуски еврооблигаций, синдицированных займов, корпоративных облигаций и так далее.

Сегодня мы страна с б0льшей, чем тогда экономикой. Возникает вопрос: почему не заходят инвесторы? Наверное, потому что в отличие от ситуации десятилетней давности внутренний рынок ценных бумаг недостаточно активен. Усилилась роль государства в экономике, при этом сократились возможности для частного капитала. Все это оказывает определенное влияние.

 

- То есть, дело не столько в размерах экономики?

- Посмотрите на Грузию. Два банка торгуется на Premium listing в Лондоне. Огромный интерес к сфере туризма. Туризм, в свою очередь, тянет за собой те же самые инвестиции, как крупные, так и малые.

То есть, причина не только в экономической ситуации, но и в комфортном инвестклимате и других факторах.

 

- Как вы оцениваете успех ваших GDR (глобальных депозитарных расписок) на рынках?

- Я считаю, что сделка по GDR прошла успешно. Мы увеличили ликвидность наших акций практически в два раза. Если, до сделки, наши GDR торговались на уровне 17% от общего объема капитализации банка, то сегодня (после сделки) это уже 27%. Мы достигли цели по повышению уровня капитализации. Инвесторы отнеслись к нам очень позитивно. Скажу больше, в банк зашли очень хорошие инвесторы - крупные фонды, с мировым именем, которые никогда раньше не работали с Казахстаном. В результате сделки, инвесторская база расширилась в два раза. Если раньше в составе инвесторов было около 40 венчурных и инвестфондов, то сегодня эта цифра переросла восемь десятков. Это очень большой пул качественных инвесторов.

За последние три года на рынке EMEA – это самая крупная сделка по объему размещения. И как говорят эксперты – очень качественное предложение на этом рынке за последние несколько лет. Поэтому, сама сделка – успешная.

По мнению инвесторов, «Халык Банк» сегодня – это «Proxy name», представляющий экономику Казахстана.

 

- Почему?

- Во-первых, мы – самый крупный банк, положение в котором отражает, в целом, ситуацию в экономике страны. Они понимают, что если крупнейший банк Казахстана показывает рост кредитного портфеля корпораций, малого и среднего бизнеса, значит это, опосредованно, отражается на росте экономики страны. То есть, для них такие показатели, как индикаторы «Халыка», отражают ситуацию в экономике Казахстана.

«Халык Банк» представляет сегодня Казахстан на внешних рынках. Мы не моно-банк, мы работаем с крупным бизнесом, с МСБ, с розницей. Мы – самый крупный региональный банк, который присутствует в шести странах и так далее. Поэтому инвесторы подробно отслеживают ситуацию, интересуются стратегией развития банка, всей Группы, которая сегодня представлена не только в банковском секторе, но и вне его: страховой рынок, «лайф иншуранс», коммуникации, инкассация, инвестбанкинг и так далее.

 

- Если вернуться к банку, на рост какого портфеля в первую очередь вы полагаетесь? Корпоративного? Розничного?

- Мы, в принципе, мы ставим себе задачу развивать все три направления. В структуре кредитного портфеля Халыка, традиционно, самая большая доля приходится на корпоративный сегмент – около 60%, на розницу - 25% и на МСБ 15%.

Но это не означает, что МСБ и розница меньше кредитуются. Надо оценивать размер банка и его соотношение с размерами всего рынка. Поэтому мы – самый крупный розничный банк в стране: располагающий самым большим количеством филиалов, банкоматов, выпущенных карточек.

 

- Именно в Казахстане?

- Да.

 

- То есть, больше, чем у Kaspi Bank?

- Больше. Абсолютные цифры у «Халыка» больше. Через «Халык Банк» выплачивается 70% пенсий, осуществляется свыше 50% зарплатных проектов. 37% розничных депозитов и 58% эквайринга приходится на «Халык». Думаю, что правильно было бы оценивать и качественные показатели: какой сегмент, кто и как таргетирует. И при этом помнить, что мы – не монобанк, который занимаемся только одним продуктом, мы – универсальный банк.

 

- Я понимаю, что отрыв «Халыка» от остальных банков достаточно большой, но в последнее время все чаще слышишь о том, что «Kaspi дышит Халыку в затылок». Как вы оцениваете ситуацию с конкуренцией?

 

- «Халык» всегда работал в конкурентной среде. Так было и во времена «БТА» («Банк Туран Алем» – КазТАГ) и «Казкома». Если углубиться в историю, «Халык» всегда был №3, потом №4 («Альянс Банк» нас обогнал). Это были 2006-2007 годы. Мы видели, что делал «Альянс Банк», когда раздавал кредиты на каждой остановке. Мы сознательно на это не шли. Мы понимали, какие это риски. Мы видели, как рос «Казком» или «БТА», как они кредитовали земельные участки. Я тогда была зампредом в «Халыке». Ко мне по этим земельным участкам приходили клиенты за кредитами. И мы не дали, мы сознательно не шли на этот шаг, потому что понимали, что такие цены – $500 тыс. за «сотку» – нереальные. И оказались правы.

Сегодня ситуация с конкуренцией не изменилась. В корпоративном сегменте для нас это «Сбербанк», Forte Bank, «АТФ Банк», «БЦК» («Банк ЦентрКредит» – КазТАГ), до недавнего времени - «Казком», в рознице это – Kaspi, Forte – в меньшей степени.

Я всегда отмечаю, что конкуренция, конкурентный рынок - это нормально и хорошо. Конкуренция - двигатель инноваций и развития. К тому же, это прежде всего, свобода выбора для клиента.

- В существование самой конкуренции не сомневаешься, конечно, просто на конкурентном поле одни игроки как бы уходят либо в тень, либо, вообще, с поля, другие – появляются. Поэтому интересно. Понятно, что другие игроки – это другие стратегии.

 

- Да, конечно. Поэтому мы всегда оцениваем и анализируем как внутренний рынок, так и отслеживаем ситуацию в России, на глобальных рынках. Это касается развития технологий, продуктов, сервисов.

Как показывает практика, нет каких-то уникальных секретов успеха, все работают, примерно в одинаковом поле – одна клиентура, одна и та же регуляторная среда.

К сожалению, на темпах развития наших бизнес процессов, внедрении технологий, отчасти, сказалось время, затраченное на интеграцию с «Казкомом». Кстати, эта сделка вошла в рейтинги как одна из крупнейших в мире сделок по M&A (по слиянию и поглощению), причем, по принципу Big Bang (в один день). Все юридические, технологические, бизнес (процессы), по объединению произошли практически в один день.

Но сейчас Банк прошел этот технологический «freeze» и активно реализует намеченные планы. Развиваем новые карточные продукты, так по всем картам банка начисляются 1% бонуса на любые покупки и платежи. Отменены практически все комиссии, развивается Homebank. Работа идет.

 

- Собираетесь запускать marketplace?

- Собираемся. С партнерами.

 

- Какие-то примерные сроки известны?

- До конца года.

 

- Что с проектом по LRT (системе легкорельсового транспорта) в Нур-Султане?

- Мы приобрели облигации компании LRT на $400 млн на пять лет, со ставкой 3,25%. Для «Халыка» это выгодная сделка. Для государства и LRT - тоже. То есть, предыдущие предложения от других инвесторов, насколько я понимаю, были намного дороже, чем предложил «Халык Банк». Мы выделили финансирование под гарантию минфина. Поэтому, с точки зрения возвратности этих денег мы абсолютно уверены.

 

- Есть ли сейчас какие-то проекты в Казахстане, в других странах, которые были бы вам интересны, к которым вы хотели бы присоединиться?

- Я сейчас в силу своей работы часто выезжаю за рубеж – Таджикистан, Узбекистан, Кыргызстан, Россию, Грузию. Однозначно могу сказать, что в Казахстане лучше всего. Если оценивать в целом политическую и экономическую ситуацию, (в Казахстане – КазТАГ) однозначно лучше всех развита экономика. В стране есть возможности для роста и, если человек настроен трудиться, он может заработать и нормально жить.

Во всех этих странах СНГ, включая, думаю, Украину, ситуация намного тяжелее, сложнее.

Сейчас, нам очень интересен рынок Узбекистана: там большой потенциал, 35 млн человек населения. В стране идут большие реформы: экономические, финансовые, банковские. Поэтому мы туда зашли и стали первым и единственным, пока, иностранным банком. Будем работать тоже во всех направлениях, как с юрлицами, так и с физическими.

Думаю, у стран Центральной Азии существует предрасположенность к внутренней интеграционным процессам. Это и общность культуры, истории, традиций, языка. Однозначно есть потенциал для роста торгового оборота, трудовых ресурсов, финансовых потоков, туризма.

Что касается нашего рынка, к сожалению, в Казахстане сегодня достаточно сложно найти хороших заемщиков. По цифрам и показателям мы видим, что в целом сужается поле для кредитования. Так, по рынку с начала этого года на 10% упал портфель кредитования юрлиц.

В целом существующая тенденция не может не настораживать. В структуре общего банковского портфеля рынок растет только за счет розницы, которая ежегодно в среднем по рынку прирастала на 30%. Сегодня ситуация меняется - кредитование юридических и физических лиц распределилось в пропорции 50/50. Такого никогда не было. И это, прямо скажем, нехорошо.

 

- Разница, конечно, огромная.

- И эта разница растет. Корпоративная часть сужается. Это не очень хорошая тенденция. Потому, что розничный портфель – более рискованный, он – необеспеченный. Он влияет на инфляцию и на курс. Дополнительно к этому есть влияние на импорт, что, в конечном итоге, сказывается на торговом балансе и, опять-таки, оказывает давление на курс... Все эти процессы отражаются на инфляции. Поэтому рост банковского сектора только за счет розничного портфеля неблагоприятно влияет на экономику в целом.

Тревожит то, что сужается кредитование реального сектора экономики. На это много причин, идут активные обсуждения в правительстве и с Национальным банком. К примеру, из Т600 млрд программы, которая была озвучена в прошлом году, на сегодня освоено всего около Т43 млрд, или меньше 10%. О чем это говорит? О том, что эти дешевые, государственные деньги сегодня в экономике не востребованы. Нет заемщиков, нет проектов, нет расширения производства, нет расширения модернизации. Мы это тоже четко видим.

Здесь определенную негативную роль играет ЕврАзЭс (Евразийский экономический союз, ЕАЭС – КазТАГ): мы увеличиваем импорт со стороны России, одновременно, казахстанские товары не могут попасть на российский рынок. Есть проблема «входа» на рынок соседнего государства, казахстанские товары не могут «встать на полки» магазинов России. И это тоже влияет на курс тенге. Как только в России ситуация меняется (она все-таки под санкциями) – давление идет на тенге.

Сегодня тенге недооценен. Он должен быть намного крепче, но на него влияют все вышеперечисленные внешние негативные факторы.

Поэтому эта тенденция будет сохраняться.

 

- В стране достаточно ликвидности?

- Деньги в экономике есть. Сегодня ликвидность очень высокая. Пока же она свыше Т3 трлн. Никогда такой ликвидности в банковском секторе не было, несмотря на ее снижение за последние четыре месяца где-то на Т1,5 трлн.

Если ликвидность будет и дальше снижаться такими темпами, это станет негативным фактором. И тут большой комплекс вопросов, которые должны вместе рассматривать не только Нацбанк, но и правительство.

 

- Почему ликвидность уменьшилась на Т1,5 трлн за короткий срок?

- Тут нескольких причин. Во-первых, идет отток корпоративных депозитов из в целом из банковского сектора. В основном, по причине погашения внешних обязательств у нацкомпаний и, наверное, международные компании иностранные, которые в «Ситибанке» изымали и перекладывали на зарубежные счета, в зарубежные банки. Дополнительно в августе еще были очень большие налоговые платежи.

Часть из этих денег вернулась в Национальный банк, на депозиты.

- Нацбанк стал брать в банках депозиты. Как вы к этому относитесь?

- По операциям ДЕПО и РЕПО с банками – это нормально, но когда Нацбанк берет депозиты у юрлиц, у коммерческих организаций – это ненормально.

 

- А такое есть, получается?

- Да, такое есть. Они (Нацбанк – КазТАГ) открыли депозиты долгосрочные для нацкомпаний.

 

- Благодарим Вас за интервью!

Источник фото: пресс-служба АО «Народный банк Казахстана»

Поделиться новостью: